14/07/2019
Речь Александра Винника в Перейском Суде. Публикуется впервые, полностью, без купюр:
«Я обращаюсь к вам не как свидетель, подозреваемый или обвиняемый. Мой статус мне неизвестен. Скорее я говорю с вами как заложник и как брат к своим братьям во Христе. Я желаю вам здоровья. Часто мы забываем, что родились в любви, с любовью проживаем свою жизнь и с любовью должны уходить. Когда мы уходим, все материальное остается позади, мы ничего не забираем с собой. Раньше я всё не мог понять, как это люди видят мое дело в столь искаженном свете. Вероятно, это связано с тем, что мне никогда не предоставлялось слово. В вашем сознании укоренился образ русского хакера, христианина, который украл 9 миллиардов, как не постеснялись утверждать. У меня не было возможности говорить даже в суде. Я участвовал в 20 судебных разбирательствах, и только на двух из них мне удалось выступить, да и то говорил я от силы 5-10 мин. Почему? Может, они боялись услышать правду? Но ведь правда не умирает, рано или поздно она все равно выйдет на свет. Сегодня настал момент истины и правосудия. Правда, люди второго сорта не могут защищать правосудие. Сегодня у меня волос на голове гораздо больше, чем у моей супруги, равным образом как и килограммов веса. Раньше я весил 80 кг., а сейчас 54. Я вам расскажу немного о своей семье. Мой старший сын подавлен, у него психологические проблемы. Я не могу ему ответить на его детский вопрос: “Папа, когда же ты вернешься?” Они боятся, что из-за болезни их матери они могут остаться сиротой. Если я буду экстрадирован в США, то даже не знаю, вернусь ли я когда-нибудь. Вы можете сказать, конечно, что пока что я пробыл в заключении всего 20 месяцев. Однако за это время дважды прошли дни рождения моих детей и моей жены, а сам я скоро проведу свой третий день рождения в разлуке с ними, не говоря уже о других семейных праздниках. Хочу процитировать фильм, где один из героев, думая, что в тюрьму собираются посадить памятник, спрашивает: “Да кто ж его посадит? Он же памятник!” И я сам теперь стал памятником. Но при этом я и живой человек. Я не впервые был в Греции. Мы приехали в Грецию на отдых семьёй на две недели. Мы даже не подозревали, что в течение 4-х дней были окружены полицейскими в штатском, изображавшими из себя туристов. 25/7/2017 они сбросили свои маски. Этот спектакль был организован США. Я смотрел фильмы про агентов и аресты, но ни в фильмах, ни в газетах, ни в новостях я никогда не видел, чтобы полиция брала в заложники целую семью. Однако греческая полиция делала это в течение 4 часов. С первого дня моего ареста и заключения на меня оказывалось психологическое и физическое давление. Я постоянно слышал от полицейских и от других заключенных, что меня отправят в США и мне придется распроститься со своей семьей. Я постоянно слышу о том, что власть в Греции принадлежит Соединенным Штатам. Мои тюремщики предлагали мне организовать побег за 1-2 миллиона.
------------------------------------------------ стр. 24 -------------------------------------------------
Ведь все убеждены, что у меня есть 9 миллиардов, и каждый хочет взять себе хотя бы кусочек.
Сейчас я хотел бы прокомментировать судебные заседания. Только спустя полтора месяца после ареста адвокат сообщил мне причину, по которой материалы моего дела не были мне переведены. Таково было решение греческих властей, и это также вписывалось в тактику оказываемого на меня психологического давления. Я живой человек, которого хотят отправить на смерть. К судебному заседанию в Салониках мы были очень хорошо подготовлены – и я, и мои адвокаты и г-н Милонопулос, доказавший мою невиновность. Суд должен был прийти к убеждению в моей невиновности. Я считал Грецию страной правосудия и прав человека. Увы, я ошибался в этом. Меня прервали уже через 10 минут после начала моего выступления, не говоря уже о том, что мои слова были искажены переводчиком – в первый, но далеко не в последний раз. Это был первый удар по моим представлениям о демократии. Теперь я понимаю, что не все люди пользуются одинаковыми правами. Несмотря на принятие решения о моей выдаче в США, я верил в то, что еще есть время и надежда на рассмотрение дела Верховным Судом Ареопаг. Как я был наивен! Мое дело хотели завершить как можно скорее. Все закончилось всего через три дня после рассмотрения моего дела в Салониках. Вероятно, это было связано с предстоящим визитом Алексиса Ципраса в США, где он должен был отчитаться перед г-ном Трампом, то есть сообщить ему, что он сумел обезвредить величайшего хакера. Однако это у них не прошло. Меня перевезли в Афины, где светило солнце – так же ярко, как надежда во мне. Мне, правда, пришлось здесь спать без матраса, но надо было выбирать. Здесь в тюрьме на меня произвело огромное впечатление количество наркоманов, содержавшихся вместе со мной – не менее ¾ от всех заключенных. А меня на спине написано: “9 млрд.”. К счастью, я не говорю по-гречески и не понимаю того, что говорят у меня за спиной. В том же месте содержатся грузины и они довели до меня то, что по слухам, от меня хотели.
Мы пришли сегодня в этот суд с доказательствами моей невиновности на 300 проц. Показания свидетелей и даже эксперта касаются в том числе обвинительного заключения США. По их оценкам биткойн не может быть использован для отмывания денег. Однако американское обвинительное заключение вменяет мне и это. Однако спустя 10 минут после начала слушаний в Ареопаге дача мною показаний была прервана и оставлено в силе решение первой инстанции о моей экстрадиции в США. Уже не было веры в правосудие, в братьев греков. Не на что больше надеяться, когда перестаешь понимать, где ад, а где рай. Осталась только боль и отчаяние. В такой ситуации остается только выбор между самоубийством и верой в Бога. В.В.Путин, наш президент, как-то сказал: “Я верю, что человек рождается с верой в Бога, но осознает это лишь впоследствии, в жизненных трудностях.” Так это и произошло в моем случае. Бог – это любовь, а человек – прежде всего душа, затем дух и потом уже тело.
Кстати, насчет тела. Это касается и французских властей. Я попытался попросить политического убежища. Однажды утром я отправился за ответом и мне сообщили, что мое прошение было отклонено. А ведь известно, что в американских тюрьмах существует дискриминация и с русскими обращаются особым образом. Потом меня неожиданно отвели к прокурору, который предъявил мне новый запрос, на этот раз из Франции. Я сразу обратил внимание на названные им даты совершения [вменяемых мне действий] – с 1/1/2016 по 15/6/2018. При этом я знал, что вот уже год, то есть в течении большей части из указанного промежутка времени, я провел в заключении. Поэтому я был убежден, что эта очевидная ошибка будет вскоре обнаружена: ведь меня обвиняли в том, что я совершал преступления в течение более чем года, когда я находился в заключении в Греции. Но тогда преследование должно было бы быть возбуждено греческими властями, а не французскими. Однако Судьи вновь превзошли самих себя и выдали меня Франции. Когда я еще был в Салониках, меня перевозили – кстати, без предупреждения и прервав прогулку – в кортеже из 4-х микроавтобусов, куда меня занесли почти на руках, хотя я мог прекрасно передвигаться и сам. Долетели до суда за три минуты. Меня сопровождала армия охранников, и по дороге до суда и в самом суде. В суде было 5-6 охранников и пять спецназовцев, не считая тех, что
------------------------------------------------ стр. 25 ------------------------------------------------
были снаружи. И вот я спрашиваю: ”Зачем все это? Началась война или вы меня боитесь?” Настоящий цирк. Вот так тратятся деньги греческого налогоплательщика. Французы так жаждали меня допросить, что все время назначали допросы, на которые сами не являлись. Мне же это стоило множество этапирований, в которых я преодолел в общей сложности 3.500 км., провел около 100 часов в конвойном микроавтобусе, перевозившим меня между 10 судебными заседаниями в Ареопаге и 12 допросами в Салониках. В борьбе за свою правду я не обращал внимания на неурядицы вроде отсутствия матраца, который в Афинах так и не смогли обеспечить. В суде мне пришлось столкнуться с грубейшим поведением Председателя, безразличием судей и пренебрежением со стороны Прокурора. Они пытались заткнуть рот моему адвокату, угрожали даже переводчику, а меня подвергли унизительной процедуре, лишив меня надежды на беспристрастное обращение. В попытке привлечь внимание прессы и греческого правительства к пыткам, которым меня подвергают, я начал голодовку. Однако меня с беспредельным цинизмом продолжали подвергать все новым и новым перевозкам, и единственное, чего я сумел добиться, так это было оглашение решения в Афинах [в мое отсутствие], тем более, что оно было ожидаемо. Но далее все равно последовало этапирование в Афины и пытки продолжились. Судьи огласили своё решение на ходу, направляясь к выходу [из зала суда]. Это были те же самые судьи, что ранее выносили решение по моей экстрадиции в США и Францию. Я не могу понять, каким образом они соглашаются с американским и с французским обвинительным заключением. Значит, я нарушил и Греческое Право. Но со стороны греческих властей не последовало никакой реакции. Я указывал на это обстоятельство во время каждого судебного разбирательства. Я просил выдать меня, но, видимо, у меня в Греции своего рода убежище. Мои мучения продолжились, и два дня спустя я оказался в больнице. В течение трех дней никто не знал, где я нахожусь. По рекомендациям врачей, во время голодовки необходимо двигаться. Проблема была в том, что в больнице, куда меня доставили, не было места для движения, равным образом как не было солнца и свежего воздуха. Даже в тюрьме самого строгого режима есть пространство для движения и прогулок. Все это [перевозка в больницу] было затеяно только для того, чтобы померять мне температуру и давление, что можно было прекрасно сделать и в тюрьме. В той больнице мне не был обеспечен надлежащий медицинский уход. Они даже не могли мне сказать, что я должен делать для прерывания голодовки, продолжавшейся 100 дней. Почему мне пришлось всё это пережить? Ведь, к сожалению, я не один такой. Я не единственный русский, схваченный американскими спецслужбами за последнее время. Вот уже в течение ряда лет предпринимается попытка поработить мою страну и насильно навязать ей западные ценности. Однако все эти попытки потерпели крах из-за независимого российского президента В.В.Путина. Вследствие этой неудачи на Россию были наложены санкции, от которых страдает сам же Запад. Страдаете от них и вы, потому что не можете проигнорировать желания Америки. Вы находитесь между Сциллой и Харибдой, потому что при всем том вы хотите иметь хорошие отношения и с Россией. Идет информационная война. Аресту подвергаются все те, кто представляет собой угрозу для гегемонии США. Как я, например. Я что, совершил что-нибудь? Украл? Убил? Замешан в каком-то преступлении вроде наркоторговли? Поступил ли иск хоть от одного пострадавшего? Мои ноу-хоу представляют собой угрозу американскому доллару. В этом причина моего заключения. Ни для кого не секрет, что доллар является простой бумажкой, которая рано или поздно рухнет и вместе с ним рухнет и мировая финансовая система, если только до того момента не появится альтернативы. Технология «блок чейн» как раз представляет собой такое альтернативное решение – независимое от банков и правительств. Вот моя история простыми словами. Вы можете продлить мое заключение без обвинения, вместе с пытками и со всем остальным. Я вам только скажу спасибо за это. То, что нас не убивает, делает нас сильнее. Я за вас беспокоюсь. Как вы будете жить с такими угрызениями совести? Ведь меня лишают моих конституционных прав и вы это знаете. Это дело войдет во все учебные пособия. Вы сейчас выбираете, каким образом вы войдете в историю и останетесь в исторической памяти. Кто виноват?
----------------------------------------------- стр. 26 --------------------------------------------------
Я хочу также затронуть юридический аспект этого дела. Все хотят взвалить ответственность на меня, утверждая, что я якобы единолично создал эту платформу и что я являюсь ее создателем и владельцем. Я же был всего-навсего, допустим, ее администратором. Однако ВТС-е является электронной платформой, это не биржа, и поэтому она действует без лицензии. Это просто сайт, он работает как социальная сеть, в которой происходят обмены в криптовалюте. Обвинять меня равнозначно тому, как если бы банковский служащий был бы обвинен за обращение грязных денег. Ведь в его компетенцию не входит проверка чистоты происхождения средств, которые он использует в своей работе. За проверку чистоты происхождения денежных средств отвечал сотрудник российского происхождения (покинувший Россию) Сергей Майзус. Он является владельцем компании-платежной системы Money Polo, которая обладает лицензией на ведение этого вида деятельности, в рамках которой она оказывает клиентам услуги по переводу денег. Это упоминается и в американском обвинительном заключении, хотя и американское и французское обвинительное заключение пытаются переложить ответственность на меня. Очевидно, что это представляет собой искажение реальных фактов. Ожидаю от вас обоснованного вопроса: “А почему тогда ордер был выдан на мое имя, а не на имя Майзуса?” Да потому что Майзус сотрудничает с властями США в качестве свидетеля и предоставил им сведения, перекладывающие ответственность на другое лицо, с тем чтобы сам он мог уйти от ответственности. Но по закону он является ответственным, потому что его компания имела лицензию на эту деятельность. А на электронные сделки даже сейчас не существует законодательства, так что нетрудно впасть в заблуждение. С одной стороны меня охватывает чувство признательности к вам за то, что вы меня выслушали, но с другой – мне кажется, что мы имеем дело с фарсом в виде заготовленного заранее решения, хотя вы и сегодня его не огласите. Поэтому я хочу заявить, что продолжаю голодовку, потому что мне известно ваше решение и я больше не верю в правосудие».
